Карточка «Дороги памяти» на Нины Громович

Общие сведения

Фамилия, имя, отчество: Нина Анатольевна Громович
Дата рождения военнослужащей: 23.10.1921
Место рождения: Украина, город Карловка
Воинское звание: старшина (мл. командный состав, звания сухопутных войск, ВВС)

Служба

Дата призыва: 1942
Место призыва: Уфа
Место службы: 43-ий зенитно-прожекторный полк
Из её воспоминаний: «Самыми памятными и впечатляющими для меня стали апрельские дни 1945 года. Полк получил ответственное задание участвовать в прорыве обороны Берлина в районе Зееловских высот. Впервые в истории войн прожекторы предполагалось использовать не по прямому назначению для обнаружения вражеских самолетов, они должны были принимать непосредственное участие в атаке наземных частей светить прямо в лоб противнику, ослепляя его и тем самым оказывая помощь пехоте и танкам. 10 апреля людей и технику, которые должны были участвовать в бою, перебросили ближе к Берлину. На передовую была оправлена группа связистов, получившая задание установить связь между прожекторами, окопы для которых были вырыты заранее, и командным пунктом. В этой группе была и я. Связь нужно было провести скрытно, ночью, так как в трехстах метрах передовая, и территория легко просматривалась в бинокль и простреливалась. И вот эта ночь. Темень непроглядная, редкая перестрелка, то и дело в небо взлетают цветные ракеты. Днем земля казалась значительно ровнее, а тут, в темноте, на каждом шагу проваливаешься в воронки, рытвины, цепляешься за остатки разбитой техники или вообще неизвестно за что, но ползешь вперед, разматывая кабель. В ушах звенит мелодия популярной песни: «Темная ночь, только пули свистят по степи, тускло звезды мерцают». Потеряв ориентацию, мы буквально скатились в окоп переднего края. Нас тут же, чуть ли не за шиворот, схватили постовые. А потом и другие бойцы сбежались посмотреть на девчат, которые чуть было не зашли в немецкие окопы. Указали направление, дали сопровождающих. 15 апреля под прикрытием сумерек и дымовой завесы машины и прожекторы занимали свои места. Заработала связь. На командном пункте вдвоем еще с одной связисткой мы пытались вырыть себе укрытие, но грунтовые воды оказались совсем близко, и мы смогли только опустить в это «укрытие» ноги. Рядом на землю поставили телефонные аппараты. Неподалеку расположены были окопы пехотинцев и мощные блиндажи артиллерии. Вместе с ними слушали мы команды перед боем: «Сменить белье», «Написать письма». На передовую привезли солдатские сто грамм и крепкий чай. Напряжение было огромным. Все могло быть, и мы мысленно перебирали свою недолгую жизнь, а я всплакнула обидно было, что не успела сносить модельных туфель Ровно в 5 утра 16 апреля грянул первый залп, за ним второй, третий От выстрелов многих тысяч орудий, минометов, «катюш» ярко озарилось все вокруг. Грохот и гул были невероятными. В воздух взвились тысячи разноцветных ракет, и по сигналу вспыхивали 140 прожекторов, расположенных через 200 метров один от другого, освещая поле боя, ослепляя противника и выхватывая из темноты объекты атаки для наших танков и пехоты. Растерянность немецких солдат от ослепляющих лучей света и внезапности атаки была настолько сильной, что они группами с поднятыми руками шли сдаваться в плен. Немцы думали, что это смертоносные лучи, уничтожающие все живое. В своих воспоминаниях маршал Г. К. Жуков писал: «Картина эта была огромной впечатляющей силы и, пожалуй, за всю свою жизнь я не помню равного ощущения». Наступил рассвет, наши части пошли вперед, а противник начал бомбить передовую. Пыль, гарь Казалось, небо сошлось с землей. Мы сматывали катушки и бежали к своим машинам. А вокруг стоны раненых, которые буквально хватались за нас, прося помощи, думая, что мы медсестры. Хочется сказать словами поэтессы Юлии Друниной: «Я столько раз видала рукопашный, раз наяву и тысячу во сне. Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне».
Дата завершения службы: 2003